Кизельштейн Михаил Ефимович
коломна, коломзавод, директор
Михаил Ефимович Кизельштейн.

В один из самых сложных периодов истории Коломенского завода, в период перестройки, предприятие возглавил Михаил Ефимович Кизельштейн. 9 августа 1988 года на конференции трудящихся большинством голосов он был избран генеральным директором. Поколение заводчан прекрасно помнит этого руководителя, более полувека служившего Коломзаводу своими знаниями, опытом, талантом.

Свой трудовой путь он начал в 1954 году на Коломенском заводе. А с 1965 года Михаил Ефимович тринадцать лет успешно руководил заводским производством как начальник производственного отдела, затем заместитель генерального директора завода по производству. Именно в это время коллектив ежемесячно выпускал свыше ста дизелей и дизель-генераторов, шесть пассажирских тепловозов ТЭП60 и ТЭП70, увеличивал выпуск запасных частей для них, бесперебойно выполнял заказы Министерства путей сообщения, экспортные заказы и заказы для ВМФ страны. И такое эпохальное для Коломенского завода событие, как переход на серийный выпуск дизелей типа Д49, которые устанавливались на пассажирские тепловозы ТЭП70, грузовые – 2ТЭ116, маневровые, самосвалы БЕЛаз, корабли ВМФ, произошёл в годы, когда заводское производство возглавлял Кизельштейн.

В 1978 году Михаил Кизельштейн был назначен заместителем генерального директора по экономике и последующее десятилетие возглавлял эту важнейшую для предприятия сферу деятельности.

Не без основания можно утверждать, что его опыт, знания, а также доверие, которое испытывали к нему руководители и работники нашего предприятия, помогли ему уже в качестве генерального директора сохранить завод, оградить его от печальной судьбы многих других предприятий машиностроения. В истории большой и малой сослагательного наклонения не бывает. И всё-таки трудно предположить, праздновали бы мы 155-летие с основания Коломенского завода, не возглавь его в 1987 году М. Е. Кизельштейн.

Пять лет тому назад, в преддверии 150-летия Коломенского завода мне удалось встретиться с Михаилом Ефимовичем и расспросить его о работе на заводе и людях, с которыми его сводила судьба. К сожалению, обилие праздничных материалов, а затем и смерть М. Е. Кизельштейна (25 декабря 2013 года) не позволили этому интервью увидеть свет ни в 2013 году, ни в последующие годы. Сегодня это упущение будет исправлено.

– Михаил Ефимович, Вы – выпускник Станкина, в Ваше время одного из наиболее престижных вузов столицы. Как Вы оказались в Коломне, на Коломенском заводе? Неужели не было возможности закрепиться в Москве, на профильном предприятии?

– Сейчас не так-то просто ответить на этот вопрос. Всё-таки с момента распределения прошло более полувека. Память стирает какие-то нюансы. Но не солгу, что такая возможность у меня была. Институт я окончил с отличием. Это давало преимущество выбора. В то время на распределение заходили по набранным баллам. Краснодипломники – первыми. Так что большинство имеющихся вакансий лежали предо мной. Но Коломенский завод и в то время считался предприятием, попасть на которое для выпускников было за честь. И преподаватели советовали от такого распределения не отказываться. Да и для нас было немаловажно, что предприятие предоставляло общежитие, возможность профессионального роста и неплохую по тем временам зарплату.

– Первое впечатление о Коломне и заводе не разочаровало Вас?

– Думаю, что нет. Хотя Коломна в 1950-х годах была скорее большой деревней, чем городом. С современной даже сравнить невозможно. Красота старого города, его архитектурных сооружений, храмов, монастырей, лежала в руинах. Практически всюду был частный сектор с живностью: паслись коровы, козы, овцы. По утрам работников завода будил не только заводской гудок, но и пение петухов.

– Вы тоже вставали с петухами?

– Не совсем. Меня поселили в доме приезжих. Это рядом с заводом и железной дорогой. Их пение заглушалось громыханием составов, ударами молотов, заводским гудком. Завод произвёл громадное впечатление своими масштабами и мощью выпускаемой продукции. Множество цехов, раскинутых на значительном расстоянии. В каждом производились свои узлы, из которых в достаточно короткие сроки собирались паровозы и дизели. Я не помню, каким был объём выпуска продукции в 1950-х годах, но уверяю вас, что немаленьким. На меня произвела впечатление слаженность работы. Я понял, что это один из залогов успеха.

Несмотря на свой деревенский облик, Коломна к этому времени уже была крупным промышленным центром Подмосковья. Выпускали свою продукцию КБМ, Текстильмаш, Канатка, Щуровской завод, ЗТС. Тем не менее, заводом воспринимался только Коломзавод. Было такое впечатление, что весь город работает на нашем предприятии.

– Как складывался Ваш профессиональный путь на Коломенском заводе?

– Как у всех, постепенно. Тогда через ступеньки не прыгали. Приходили мастерами, а то и помощниками мастера. Те, у кого получалось, становились старшими мастерами, заместителями начальника цеха, начальниками. Я все эти ступеньки прошёл довольно быстро, за четыре года, с 1954 по 1958, в ремонтно-механическом цехе. Начальником этого цеха был в то время Борис Васильевич Красавин.

– Кто из руководителей того времени оказал на Вас влияние, запомнился больше других?

– Больше всех Пашин. Он был уже директором завода и как-то взял меня под опеку. Свою деятельность в качестве заместителя начальника ремонтно-механического цеха я начал с переоборудования. Как большинство директоров Коломенского завода, Василий Михайлович не был кабинетным руководителем. Во время одного из обходов цехов увидел груду строительного мусора, заинтересовался, что происходит, заглянул в цех, посмотрел, поговорил, во всём разобрался – и ему мой проект понравился. С той поры он поддерживал мою инициативу и продвигал. Сначала назначил начальником кузнечно-прессового цеха. Цех был новый, только сданный в эксплуатацию. Правда, начальником его я был недолго. Так получилось, что за небольшой отрезок времени, лет за пять-шесть, я был начальником четырёх цехов: ремонтно-механического, кузнечно-прессового, тепловозомеханического и третьего механического. На мой взгляд, такой горизонтальный рост даёт не меньше, чем вертикальный. Особенно руководителю. Значительно расширяет кругозор, даёт представление о различных сторонах производственной деятельности. Готовит к подъёму на более высокий производственный уровень. В каждом цехе приобретаешь что-то новое, учишься у людей. Постигаешь их взаимоотношения. Всё это пригодилось, когда стал заместителем директора по производству и по экономике.

Пашин был умным, толковым директором. Хорошо знал производство, влезал во все вопросы, не боялся выдвигать инициативных руководителей. Он долго руководил заводом и много для него сделал. Потом его забрали в Министерство, но с заводом он не терял связи. Да и личные отношения с ним я сохранил до его смерти. С группой руководителей заводчан мы отдали ему последний долг.

– А на заводе кто-то из талантливых руководителей оставался или всех забирали наверх?

– Оставались. И новые подрастали. Я очень ценил Коробенкова. Анатолий Иванович был интеллигентным, порядочным, знающим главным инженером. На мой взгляд, самым сильным из главных инженеров, с которыми мне довелось работать. Он прекрасно знал технологию машиностроения, умел видеть перспективу развития завода и работать на неё. При нём началось оснащение производства современным импортным оборудованием. Он сумел доказать в Министерстве необходимость реконструкции завода. При нём было сделано много. Жаль, что не все удалось довести до конца.

А такой знаток производства, как Юрий Дмитриевич Трофимов! Он тоже был начальником машинной сборки. Знающий, уважительный, замечательный. Потом он стал заместителем директора по производству.

А главные конструкторы по машиностроению Сергей Алексеевич Абрамов, Евгений Александрович Никитин – талантливейшие конструкторы. Их Д49 обеспечил и обеспечивает загрузку Коломенского завода до сих пор. Семён Иосифович Коганицкий много сделал для продвижения нашей продукции за рубеж. И в новых условиях хозяйствования не растерялся. Создал Внешнюю экономическую фирму. Очень инициативный, энергичный, творческий руководитель. Всех и не перечислишь. Это была плеяда талантливейших руководителей.

– Михаил Ефимович, Вы единственный в истории Коломенского завода директор, избранный на эту должность коллективом.

– Я не считаю эту практику правильной. На мой взгляд, она порочна, поскольку создаёт условия для избрания непрофессионала, популиста. По моему мнению, выборы не исключают различных подтасовок, подделок. Большинство тоже может ошибаться.

– В Вас не ошиблись. Вы возглавили завод в самый тяжёлый период. Производство останавливалось, зарплата выплачивалась нерегулярно, часть цехов бастовала. Как Вам удалось удержать завод на плаву?

– Сам не знаю. Искали различные пути выживания. Где занимали, где сводили концы с концами. Искали загрузку, искали, на что обменять нашу продукцию, чтобы хоть как-то поддержать работников завода. Какую-то роль сыграл мой авторитет. Я вырос на заводе, меня знали, мне доверяли. Я постарался оправдать этот кредит доверия.

– Михаил Ефимович, а что нужно, чтобы стать успешным руководителем?

– Быть порядочным человеком. Всему остальному можно научиться. Но если в тебе нет порядочности, руководитель из тебя не получится. Во всяком случае, на Коломенском заводе.


20 сентября 2013 года к наградам, которыми М. Е. Кизельштейн был удостоен – орденам Трудового Красного Знамени, «Знак Почёта», Дружбы народов, знаку «За заслуги перед городом Коломной», званиям Почётный железнодорожник, Почётный ветеран труда завода, – добавился серебряный значок «Коломенскому заводу – 150 лет». Им он был награждён первым среди ветеранов и работников Коломенского завода. И все собравшиеся в конференц-зале инженерного корпуса на вечер встречи поколений рукоплескали Михаилу Ефимовичу сердечно и радостно. Именно такое к себе отношение он заслужил своим более чем 50-летним трудом на предприятии, отношением к работникам, верностью заводскому делу у коломзаводцев и горожан.



Автор: Елена ЗОРИНА.
Номер газеты: 44 (926) от 7 ноября 2018 г.

Возврат к списку